Кайдзи 2

Спустя месяцы после «Старсайда» Кайдзи случайно сталкивается с ростовщиком Эндо. За чудовищные долги его загоняют на подземные работы в шахты корпорации «Тэйай». Платят рабское жалованье в местных фантиках — «перике», выходит около 350 иен в день; накопивший достаточно получает день увольнения на поверхности. Кайдзи твёрдо решает копить — но бригадир Оцуки уже нашёптывает соблазн.

Кайдзи садится играть с рабочими и бригадиром Оцуки в кости — «тинтиро». Несколько кругов он делает мелкие ставки, чтобы прочувствовать игру, а потом, недовольный грошовым выигрышем, ставит крупно — 3000 перики против робкого Миёси.

Кайдзи проигрывает первую крупную ставку, но лишь укрепляется в решимости драться дальше. Ставки в 3000 перики идут одна за другой, и спустя сорок минут он поднимает планку — 5000 против Оцуки и его прихвостня. Те отвечают предельными для дома ставками.

Проходят недели после разгромного проигрыша, и Кайдзи вязнет в долговой петле вместе с пятёркой товарищей, среди которых Миёси, — прочие зовут их бригадой «45». С помощью Миёси Кайдзи вскрывает, что люди бригадира жульничают, и сплачивает «сорок пятых» вокруг плана.

На дежурстве в лазарете Кайдзи встречает Хиромицу — сына Исиды, что тоже отрабатывает долг под землёй и винит отца за то, что тот его не выкупил. Позже дерзость к Оцуки оборачивается для Кайдзи и «сорока пятых» месяцами каторги. Тем временем за Кайдзи по камерам наблюдает Куросаки — сменщик Тонэгавы, — а к новой игровой ночи Кайдзи ставит условие: никаких лимитов на ставки.

Кайдзи и Оцуки садятся за кости, и каждый уверен, что за ним преимущество. Первые партии Кайдзи держится в рамках старого лимита в 20 000 перики, и всем уже скучно от его скупости — пока на вызове Оцуки он не ставит все свои 52 000 и не подаёт знак «сорока пятым».

Видя, что «сорок пятые» бросили в банк всё, бригадир заподозривает: Кайдзи разгадал его обман. Всплывает история о том, как Оцуки с подручными завели особые кости без единиц, двоек и троек. Вынужденный играть обычными, бригадир решает рискнуть — но на последнем броске тянется к своим краплёным. И тут Кайдзи перехватывает кости на лету.

Кайдзи при всех уличает Оцуки в игре краплёными костями. А затем заманивает бригадира в новую ставку, пуская в ход уже собственные «особые» кости с единицей на каждой грани, — и Оцуки припёрт к стене. Но едва он готов свернуть игру на ночь, Кайдзи напоминает: по правилам ему сдавать ещё раз.

Развязка костяной ночи оборачивается для «сорока пятых» щедрым кушем и правом на увольнительные. Товарищи настаивают, чтобы деньги и часть пропусков Кайдзи оставил себе — играть за всех и гасить общий долг. Вернувшись на поверхность, он знакомится с Сакадзаки Котаро, что ищет напарника для большого куша в подпольных казино, и видит там исполинский пачинко-автомат «Болото» с джекпотом, которого с лихвой хватит на свободу.

Узнав, что «Болото» покорилось лишь двоим — Хёдо и Тонэгаве, — Кайдзи понимает: автомат подкручен. Он соглашается работать с Сакадзаки за долю, но тот темнит о деталях плана, куда входит и график техобслуживания машины. За день до попытки Сакадзаки является с 50 миллионами, «позаимствованными» из сейфа фирмы, где служит охранником.

Сакадзаки берётся за «Болото», сыпля шарики на нижнюю чашу, но им не хватает разгона. Кайдзи ухитряется передать ему заранее намагниченную пивную банку, чтобы подтолкнуть шарик в заветную лунку, — да только толку чуть. Тем временем он подслушивает, как охрана поминает устройство, не дающее никому выиграть, и предостерегает напарника — но того уже захватил азарт.

Не слушая Кайдзи, Сакадзаки топит в «Болоте» всё больше денег, а распорядитель казино велит запустить «блок», что удерживает шарики от выигрышной зоны. И когда до победы, кажется, рукой подать, вмешивается управляющий Итидзё Сэйя: сегодня в игре латунные шарики, которым магнит нипочём. На другой день Кайдзи часами торчит у автомата, вглядываясь в него и выуживая крупицы сведений о том, как всё устроено.

Кайдзи возвращается к жилищу Сакадзаки и находит его разгромленным и пустым: тот спустил последнее на скачках. Замысел мести Кайдзи не обойтись без Сакадзаки, и он выслеживает напарника на ипподроме в Саппоро. За финансированием Кайдзи идёт к обнищавшему Эндо — тот соглашается, но цена кусается.

Пересказ пройденного Кайдзи пути — от спуска в подземный ад до первой схватки с «Болотом» и знакомства с Итидзё.

Сакадзаки, переодевшись монахом-комусо, вновь идёт на «Болото», спускает свои шесть миллионов и в сердцах бьёт по автомату. Заподозрив неладное, Итидзё смекает, что это лишь отвлекающий манёвр, и мчится к себе в кабинет — где застаёт Кайдзи. Напарников избивают и вышвыривают на улицу, а через несколько дней починенное «Болото» снова в строю — и Кайдзи является бросить вызов непобедимому автомату в свой последний день на поверхности.

В последний день наверху Кайдзи берётся за «Болото», и Куросаки предупреждает Итидзё: у того наверняка есть план, а на кону — репутация управляющего. Шариков между штырьками проваливается больше положенного, и Итидзё не сразу понимает, что Кайдзи как-то пробрался в служебку и подкрутил калибры, разведя штыри пошире. В панике он велит включить «блок», уводящий шарики с выигрышного пути.

Хоть шансы на победу кажутся нулевыми, Кайдзи не бросает игру. Тем временем Итидзё получает распоряжение вывести прямую трансляцию на подземную каторгу «Тэйай» и лично Хёдо. А Кайдзи всё играет — даже потеряв 20 миллионов в на вид безнадёжном занятии.

Флипперы отбивают шарик за шариком, пока один наконец не проскакивает вниз: подменные штанги, поставленные после погрома Сакадзаки, оказались тайком доработаны Кайдзи. Итидзё начинает паниковать и получает звонок от Хёдо — тот велит не позориться перед публикой и дать игре идти, под страхом смерти. Теперь вся надежда управляющего — на три подкрученные нижние чаши.

У Кайдзи осталось лишь 20 миллионов, но он спокоен: ему известно, как подтасованы три нижние чаши, — это он растолковал Сакадзаки ещё на ипподроме. Мало-помалу Итидзё осознаёт, что Кайдзи умудрился накренить не только автомат, но и всё здание казино: его люди тайком залили двадцать тонн воды в баки в одной из комнат, и дом чуть осел на сторону.

Невероятная затея с креном здания оправдывается — шариков всё больше доходит до третьей, последней чаши. Взвешивая, чем обернётся для него полный крах, Итидзё вновь кренит автомат в ту же сторону, чтобы не пустить шарики к третьей чаше, а Кайдзи спускает последние десять миллионов.

Кайдзи играет дальше, но он на грани поражения — все деньги спущены. Вопреки здравому смыслу он уговаривает Эндо ссудить ему последние десять миллионов под грабительский процент и возвращается к автомату для решающего броска.

Кайдзи бросается в последнюю атаку на одолженные у Эндо десять миллионов, не зная, что Итидзё накренил автомат в ту же сторону, куда его команда накренила здание, — и первые две чаши стали почти непреодолимы. Когда половина денег ушла, Итидзё злорадствует, что победы не видать, но Кайдзи отвечает, что о крене знает. На глазах у толпы он заклеивает стекло тремя купюрами, пряча чаши; в бешенстве Итидзё срывает их — и видит, что лунки-ловушки забиты застрявшими шариками.

Кайдзи с огромным трудом накренил здание, чтобы шары легче скатывались к выигрышной лунке, но слишком поздно замечает: пол клонится ещё и влево, сводя всю затею на нет. Итидзё тем временем возвращает наклон автомата вперёд, и деньги тают на глазах — счёт идёт на минуты.

Кайдзи забивает шарами проигрышные лунки одну за другой, но у Итидзё припасено последнее оружие — струи воздуха, отбрасывающие шары от выигрышной лунки. По тихому шипению Кайдзи понимает, в чём подвох. Когда шары кончаются и за ним уже приходят, он предлагает ничью — но соперник не соглашается.

Даже когда чаши доверху забиты шарами, «занавес из ветра» Итидзё не пускает их в лунку, и деньги снова на исходе. Когда Кайдзи уже уводят прочь, на помощь неожиданно приходит человек, раздобывший ещё десять миллионов, — и Кайдзи с новой яростью набрасывается на автомат.

Долгая битва у «Болота» позади. Кайдзи желает сопернику выбраться на поверхность ради матча-реванша, а его товарищи обналичивают добытые шары. Расплатившись с долгами, он делит остаток с теми, кто стоял за него в подземных бараках.