Южный Парк

На остановке школьного автобуса Картман рассказывает про кошмар, в котором его похитили инопланетяне. Вот только Стэн и Кайл уверены, что никакой это был не сон.

Мальчишки отправляются в горы на охоту с дядей Стэна Джимбо и его фронтовым другом Недом. Заодно им предстоит усвоить весьма своеобразные «правила» настоящих охотников.

Мистер Гаррисон объявляет, что Картман выиграл всеамериканский конкурс сочинений, — вот только сам Картман понятия не имеет, о чём вообще писал. В предвкушении славы он налегает на добавку для набора веса.

У Стэна появляется пёс Спарки, которого он считает самым крутым на горе, — но тот оказывается геем и сбегает из дома. Стэн отправляется на поиски и попадает в приют Большого Эла-гомосека.

На уроке генной инженерии Кайл загорается идеей вывести карликового слона. Чтобы обойти хулиганов в школьном конкурсе, мальчишки берутся скрестить слона со свиньёй.

Дедушке Стэна стукнуло сто два, и он умоляет внука помочь ему умереть. А родители тем временем идут крестовым походом против пошлого мультика про Терренса и Филлипа.

Космическая станция «Мир» падает прямо на Кенни, а нелепая случайность в морге превращает его в зомби. И вот на Хэллоуин по городку бродит нежить, пока мальчишки заняты своими костюмами.

Мальчишки жертвуют пять долларов ради бесплатных спортивных часов, но вместо посылки им по ошибке присылают голодающего эфиопского мальчика. Они прозывают его Кошмарным Марвином.

Кайл, единственный еврей в классе, уверяет всех, что к послушным детям на Рождество приходит Мистер Хэнки — говорящая рождественская какашка. Никто ему не верит, и дело кончается психушкой.

В класс приходит новенький — Дэмиен, сын Сатаны, но его дьявольские силы никого не впечатляют. Зато весь городок гудит из-за грядущего боксёрского поединка Сатаны с Иисусом.

Мистер Гаррисон уезжает делать ринопластику, а его подменяет красавица мисс Эллен, в которую тут же влюбляется весь класс. А ревнивая Венди готова на всё, лишь бы избавиться от соперницы.

Барбра Стрейзанд охотится за древним артефактом, который откопал Кайл, чтобы захватить мир и превратиться в гигантского робота. На выручку городку приходят Леонард Молтин, Сидни Пуатье и Роберт Смит.

Картман во что бы то ни стало хочет узнать, кто его отец, но мать только уходит от ответа. Выясняется, что подходящих кандидатов — половина городка, ведь когда-то мама знатно оторвалась на «Пьяных танцах в амбаре».

Вместо того чтобы наконец раскрыть, кто же отец Картмана, создатели в честь Первого апреля откалывают номер: весь эпизод отдан приключениям Терренса и Филлипа в спецвыпуске «Не без моего ануса».

Доктор Мефесто вот-вот назовёт настоящего отца Картмана — но тут гаснет свет, гремят выстрелы, и его увозят в больницу с ранением. Шеф мчит спасать доктора, ведь только он знает правду о происхождении Эрика.

У братика Кайла, Айка, намечается брит-мила, и мальчишки, не так поняв обряд, решают, что родители хотят отрезать ему пипиську. Кайл прячет Айка, чтобы спасти малыша от «злодеев» с ножницами.

Выясняется, что офицер Барбреди не умеет читать, и его сажают за парту, чтобы не потерять работу. А пока по городку разгуливает извращенец, охочий до кур, ловить его берутся сам Барбреди и его юные «помощники».

Школьная медсестра оказывается вполне обычной — если не считать мёртвого эмбриона-близнеца, приросшего к её голове. Мама Кайла раздувает вокруг её «особенности» целую кампанию, а команда по вышибалам тем временем пробивается на мировой финал в Китае.

Мистер Гаррисон велит расспросить кого-нибудь о войне во Вьетнаме, и Джимбо с Недом заливают мальчишкам байки одна безумнее другой. Гаррисон им не верит и оставляет после уроков — и в отместку ребята подсовывают на ТВ фальшивку про мексиканскую зырящую лягушку.

Школьный автобус повисает на краю обрыва, и, коротая время, ребята вспоминают былые приключения. Пока миссис Крэбтри уезжает в город и внезапно становится комиком, вся заваруха оказывается сном во сне.

Наступает лето, но штат запрещает фейерверки, и праздник Четвёртого июля под угрозой. Джимбо и Нед едут в Мексику за контрабандной пиротехникой, а свихнувшийся без Мистера Шляпы Гаррисон идёт к психотерапевту.

В Саут-Парк приезжает кинофестиваль и заодно рушит канализацию, из-за чего Мистер Хэнки зовёт на помощь Кайла. Пока киношники превращают его мольбы в фильм с Томом Хэнксом, весь городок сходит с ума по солёным шоколадным яйцам Шефа.

Мамаша Картмана нарочно подсовывает мальчишек к Кенни, чтобы те переболели ветрянкой. Раскрыв «родительский заговор», Кайл с друзьями решают отомстить и подсылают к родителям проститутку — заразить их герпесом.

После похода в планетарий все дети, кроме Картмана, начинают вести себя странно, и Стэн с Кайлом берутся раскрыть тайну. А Картман тем временем радуется, что его позвали сниматься в рекламе снеков.

Стэн затевает постройку домика, чтобы поиграть в «Правду или действие» с Венди, а Картман с Кенни в отместку строят свой — с крутыми девчонками. На фоне детских интриг разваливается брак родителей Стэна, и он на своей шкуре узнаёт, что такое любовь и семья.

На ежегодном празднике «Коровьи дни» мальчишки ради кукол Терренса и Филлипа записывают Картмана на родео. После неудачного падения тот вдруг вообразил себя вьетнамской проституткой по имени Минг Ли.

Звукозаписывающая контора судится с Шефом из-за песни, которую он написал двадцать лет назад, и, чтобы нанять адвоката, ему нужны бешеные деньги. Мальчишки собирают старых друзей-музыкантов Шефа и закатывают гигантский благотворительный концерт.

Тётя Фло дарит Стэну рыбку, вокруг которой тут же начинают штабелями появляться трупы, и мама Стэна решает, что убийца — её собственный сын. А разгадка кроется в зоомагазине на индейском кладбище, где открылся портал в параллельный мир — оттуда и взялся второй, подозрительно добрый Картман.

Стэн, Кайл и Кенни едут с семейством Картмана на рождественскую встречу родни. К празднику один из его родственничков сбегает из тюрьмы — да не один, а с сокамерником Чарльзом Мэнсоном.

Сеть «Харбакс» грозит разорить кофейню отца Твика, и тот втягивает мальчишек в борьбу с корпорацией. А ребят куда больше занимают загадочные гномы, которые по ночам таскают у Твика трусы неведомо зачем.